Рубрики

Чем различается богатство и статус: уровни видимости

По словам профессора Уортонского университета Джона Бергера, богатство и статус – не одно и то же, потому что они имеют разные уровни видимости. Разница восходит к промышленной революции, которая породила новый социальный класс – нувориш, который был в состоянии построить свое собственное состояние и неразумно тратить богатство на материальные блага, чтобы показать статус.

Сегодняшняя элита вместо этого склоняется к осмысленным действиям, вкладывая средства в нематериальные блага для продвижения социальной мобильности и обозначения культурного капитала. Причина, по которой некоторые люди будут платить 14 000 долларов за сумочку, может сводиться к разнице между богатством и статусом.

«Богатство является частным делом, – пишет Джон Бергер, профессор маркетинга в Школе Уортона в Университете Пенсильвании, в своей книге «Невидимое влияние: скрытые силы, которые формируют поведение». - Никто, кроме вас (и, возможно, вашего супруга) не знает, сколько денег у вас есть на вашем банковском счете».

Историческая справка

«До промышленной революции богатство было статичным и наследственным» – объяснил Бергер. Однако когда революция началась, деньги стали чем-то, что можно было приобрести. Так и появился новый социальный класс – нувориши.

Новичками были те, кто изначально родился в более низком социальном классе, но позже сделал состояние. Они получили доступ к товарам и услугам, которые когда-то были доступны только элите с унаследованным богатством.

«Но просто покупать дорогие товары было недостаточно, – сказал Бергер. - Новички не просто хотели богатства, они хотели получить статус, который с ним связан».

Таким образом, они занимались заметным потреблением, концепцией использования материальных предметов для обозначения социального статуса. Бергер писал, что вместо того, чтобы покупать дорогие вещи, которые были частными, такие как блюда или еда, они покупали товары широкого потребления, чтобы показать свое богатство другим.

Новые реалии

Однако со времени промышленной революции статус приобрел новую форму. Хвастовство больше не является предпочтительным способом показать богатство. Сегодняшняя элита предпочитает благоразумные траты, или то, что Элизабет Керрид-Халкетт называет «незаметным потреблением» в своей книге «Сумма мелких вещей: теория желательного класса».

Растет тенденция приобретения ценных знаний и создание культурного капитала. Вместо того, чтобы вкладывать средства бизнеса в материальные ценности, элита инвестирует в такие вещи, как образование и здравоохранение. Это помогает им обрести социальную мобильность и получить доступ к тому, чего не может средний класс.